В третьем нашем эксклюзивном интервью с актёрами сериала «Легенда об Искателе» мы поговорим с Брюсом Спенсом. Кроме его роли  волшебника Зедда, Брюс обрадовал меня возможностью поговорить о его участии в таких фильмах, как «Бешеный Макс 2» и «Властелин колец 3: Возвращение короля».

После того, как вы сыграли массу разнообразных, странных и замечательных персонажей в фэнтези и фантастике на протяжении такого количества времени, каково это наконец-то сыграть старого мудрого наставника?

Я думаю, мне помог мой опыт. Зедд, безусловно, великий персонаж, а я побывал в сценах с Гендальфом, Оби Ван Кеноби и другими разнообразными персонажами, так что я подготовился примерить на себя мантию наставника; волшебника, в этой великолепной эпической саге.

Моё внимание привлёк тот факт, что вы часто задействованы именно в третьих частях масштабных фантастических и фэнтези франшизах, а самой последней является третья «Нарния», съёмки которой начнутся в ближайшем будущем. Это сознательный выбор?

На самом деле это происходит по чистой случайности. Но действительно интересно, что всё происходит именно таким образом [смеётся]. Это странное стечение обстоятельств, наверное, три – моё счастливое число.

При 6 футах 7 дюймах (2,01 м, прим. пер.) я читал, что вы являетесь одним из самых высоких актёров. Как это отражается на верховой езде, которой вам приходится заниматься на съёмках «Легенды об Искателе»?

На самом деле всё нормально, у меня большая лошадь. Вообще-то мой рост 6 футов 6 дюймов, даже не знаю, откуда пошёл этот слух про 7 дюймов. Удивительно, но есть несколько актёров, которые немного выше меня, но я определённо один из самых высоких. Это как преимущество, так и недостаток. Одна из причин, по которой я снимаюсь в фантастике и фэнтези определённого направления, моя физическая форма. Но, в то же время, по какой-то причине я просто чувствую себя уютно в этих жанрах.

Как вы только что упомянули, вы определённо хорошо себя чувствуете в жанрах фантастики и фэнтези, но являются ли эти жанры для вас столь же интересными с точки зрения актёрской игры, как и при чтении книг или просмотре фильмов?

Пожалуй, нет. Меня всегда интересовала концепция мифологии. Она имеет дело с историями, которые задействуют подсознание, и эти истории восхищают меня. Например, работа Джозефа Кэмпбела, чьим поклонником я являюсь, в которой он задокументировал все мифологические взаимосвязи, существующие вне этой Земли. Есть истории, которые должны быть рассказаны, и в каждой культуре есть что-то общее в этих историях, что непосредственно меня и интересует.

А как насчёт серии книг Терри Гудкайнда «Меч Истины»? Вам уже представилась возможность прочитать их?

Определённо. Когда вы принимаете участие в проекте подобного рода, вам необходимо ознакомиться с первоисточником. Сущность Зедда я взял именно из книг. Как вы знаете, в первом сезоне мы использовали как основу «Первое правило волшебника», но из-за требований телеканала создавать логически завершённые эпизоды, мы также немного отошли от сюжета книг. Мы использовали много историй из «Первого правила», но в то же время создали и достаточно своих собственных.

Каково это наблюдать, как Новая Зеландия становится неофициальным домом для съёмок фильмов жанра фэнтези?

Я впечатлён. Если быть откровенным, я снимался в достаточном количестве международных фильмов и побывал во множестве стран. С самого первого дня съёмок [«Легенды об Искателе»] я был крайне впечатлён уровнем команды, отделением операторов, отделением специальных эффектов; я испытал поистине благоговейный трепет при виде зоны для съёмок и я почувствовал себя невероятно уверенным в своих силах с самого первого дня работы. У нас собралась отличная команда, и, очевидно, история всех частей «Властелина колец» и отчасти фильмов о «Нарнии» создало особую атмосферу, в которой мы определённо и снимаем.

Пожалуй, будет честным сказать, что больше всего вы запомнились по роли капитана Джиро из фильма «Бешеный Макс 2». В то время вы представляли, что делаете нечто такое, что впоследствии станет поистине культовым?

[Смеётся] Абсолютно нет. Мы знали, что делаем что-то необычное, и вот мы были в малонаселённой части Австралии с этими странными машинами, странными людьми, которые рассказывают более чем странные истории, особенно в Австралийских условиях. Мы думали, что будет одно из двух: либо это будет чем-то фантастическим и абсолютно новым, либо полным провалом. К счастью, случилось первое. Фильм получился отчасти переломным моментом в киноиндустрии. Это действительно показало американцам, что мы можем взять некоторые из их жанров и некоторые из их сюжетных линий, разбавить их чем-то новым и сделать из них что-то лучшее.

Если бы у вас была возможность сыграть какой-нибудь персонаж не из жанров фантастики и фэнтези, кто бы это был?

Если быть честным, то это персонаж, которого я играю в настоящее время, и это Зедд. В это же время два или три года назад я даже и не представлял, что буду играть Зедда. Сейчас Зедд занимает полностью моё время и моё воображение. Но кто знает, что ждёт меня за углом в следующие пару лет. Время идёт, я конечно ещё не слишком стар, но мне уже 63. Я поражён, что добрался так далеко, мне очень повезло иметь за плечами все сыгранные мной роли.

Что вы предпочитаете больше, играть положительных или отрицательных персонажей?

Мне нравится и то и другое. Потому что они оба отмечают различные элементы человеческой психологии. Наверное, после того, как я играл Зедда столько времени, я буду искать роль кого-нибудь милого и злого. Приятно играть обе стороны, в этом вся прелесть актёрской работы, когда ты можешь поставить себя в ту или иную ситуацию и проследить негативные части чьей-либо психологии, или действительно положительные части, или по-настоящему манящие и мучительные части.

Ещё один вопрос. Когда вы снимали сцену с Сауроном для «Возвращения короля», вы осознавали, какой страшной она в итоге получится?

Нет, и самое интересное, это был довольно панический день. Я знал, что персонаж должен быть серьёзным, но хотел, чтобы помимо серьёзности он также и наводил ужас, мы стремились к тому, чтобы зрители буквально вскакивали со своих мест при виде этого страшного персонажа. Но я заметил, что когда режиссёр, Питер Джексон, сидел и смотрел запись со сценой, в которой я играл, он продолжал смеяться. Я тогда про себя подумал: «Надеюсь, я не играю это для комедии». Конечно, это не было комедией; он знал, чего хочет и он добился этого. Хотя я об этом не знал. На самом деле я очень увлечён тем, что делаю перед камерой, и я не из тех актёров, кто часто пересматривает свои роли, так что зачастую я и не знаю, что вышло в итоге.

Ну, в итоге получилось просто замечательно…